Школы пантомим

мимПантомима совмещала в себе все роды античного театра — трагедию, комедию и сатиру. Мифология давала обильный материал для каждого из этих родов искусства.

И действительно, пантомимы широко пользовались греческой фабулой. Сценические представления преимущественно состояли в изображении деяний богов, полубогов, героев и в разных мифах.

Древнейшими мимическими сценами считаются «Сатурн, пожирающий детей», «Аполлон и музы». Подвиги же Геркулеса были излюбленной темой для пантомим.

«Метаморфозы» Овидия служили также богатейшим источником, откуда черпались программы для пьес. Бафилл воспользовался басней о Юпитере и Леде. Он же изобразил «Неверность Венеры и Марса». Обе эти пьесы считались коньком Бафилла. Он прибегал в них к крайне непристойным жестам, что подтверждается Ювеналом. Леда, поддающаяся на сцене ласкам Лебедя-соблазнителя, или нимфа, уступающая вожделениям Критского быка, дают достаточное представление о непристойной реальной правде, к которой стремились пантомимы. Пантомим Планий заимствовал для себя из Овидия пьесу под названием «Морской бог Главк».

Почти у всех римских писателей встречаются названия исполнявшихся в разные времена пантомим: «Геркулес и его подвиги», «Аякс», «Гектор», «Андромаха», «Гнев Ахилла» и пр., и пр. Были использованы игривые, любовные похождения Юпитера, Бахуса, Меркурия, Орфея и др. «Жизнь Прометея», «Суд Париса» и разные буколики, взятые из мифологии, составляли любимый репертуар.

Пантомимы, однако, не довольствовались одними баснями. Давались также пьесы, сочиненные исключительно для прославления царствовавшего императора.
Ювенал говорит об одной пантомиме — «Лавреола»,- резко отличавшейся от других. На сцене артиста привязывали к высокому кресту, с которого он должен был скользить. Имели место также и пьесы с историческим содержанием и с намеками на события текущего дня.

К сожалению, программы как мимических сцен, так и пантомим утрачены. Нам известно только название пьес, а каким образом развивалось в них действие,- это погибло для потомства. Остался чуть ли не единственный драгоценный документ об одной пантомиме, помещенной в «Золотом осле» Апулея. Это описание настолько интересно, что передаем его полностью:

«Сцена изображает покрытую зеленью гору, наподобие той, которую Гомер воспел под названием Иды. Бьет фонтан. Пасутся несколько коз. Их стережет пастух Парис, красивый молодой человек, с фригийским плащом на плечах. Вскоре появляется обнаженный юноша, задрапированный легкою материею. В его волосах виднеются два золотых крылышка, в руках ветка — символы бога красноречия. Он подвигается на манер танцоров, держа в руках роковое яблоко: передает его Парису и, объяснив жестами приказ Юпитера, удаляется. Затем появляется молодая женщина с благородной поступью. Это — Юнона; на голове ее белая диадема, в руках скипетр. За нею следует Минерва, вооруженная копьем и щитом; голова покрыта блестящим шлемом, украшенным оливковым венком. За ними следует еще молодая девица, превосходящая их красотой. Это мать амуров. Она обнажена подобно тому, когда Венера была еще девственницей. Одна только легкая ткань покрывает ее драгоценные телесные сокровища. От ее любовного дыхания любопытный Зефир по временам приподнимает легкую серо-голубую завесу, чтобы обрисовать чудные контуры божественного тела. Дочь Неба родилась в волнах.

За каждой из богинь следует многочисленная свита. Юнону сопровождают Кастор и Поллукс в блестящих шлемах, покрытых звездами. Под звуки флейты величественная дочь Сатурна обещает пастуху Парису сделать его царем всей Азии, если только он вручит ей яблоко.

Затем к пастуху подходит Минерва. Ей сопутствуют «Ужас» и «Страх» с обнаженными мечами в руках. За нею следует музыкант на флейте. Он издает резкие и глухие звуки, наподобие трубных, придавая мелодии оживленный и воинственный характер. Дочь Юпитера, взволнованная, с угрожающим взором, быстрыми движениями и резкой жестикуляцией предлагает Парису разделить с ним силу и мужество, обещая сделать его знаменитым, первым мужем во всей стране, если только он предпочтет ее другим богиням.

После этого на середину сцены выступает Венера Киприда. Вокруг нее резвятся красивые дети, настоящие амуры, сошедшие с неба. Они снабжены крылышками и стрелами. В их руках факелы. Они как будто освещают путь богини, шествующей к брачному пиру. Посреди хора молодых нимф, еще девственниц, показываются «Часы» и «Грации», вечно смеющиеся. Они танцуют легкие танцы, развлекая богиню удовольствиями: сыплют ей под ноги цветы и играют волосами белокурой.
Раздаются звуки флейт, играющих песни лидийцев, нежная гармония которых внушает любовь. Приближается Венера. Ее изнеженная походка, легкие повороты головы и красота форм возбуждают восторг в сердцах окружающих. Ее грациозные жесты как будто отвечают мягким звукам флейт. Иногда же весь ее разговор выражается только в ее глазах. Полузакрывая их, она то манит к себе, то отталкивает, принимая угрожающий вид. Если пастух отдаст ей спорное яблоко, то он сделается обладателем красивейшей из всех женщин, другой, подобной ей, Венерой. Таково ее обещание. Парис не колеблется. Он отдает яблоко Венере, признанной им самой красивой из трех богинь.

После этого суда Минерва и Юнона удаляются. Печаль и злоба начертаны в их очах. Это отражается на их движениях. Венера же, напротив, выражает свою радость. Чувство удовлетворенности владело всем ее существом. Вместе с хором своих нимф она исполняет легкий танец».

Очевидно, что сцены эти заимствованы у греков, потому что наглядное ее изображение сохранилось на одной античной греческой вазе.

Читая это описание, как-то с трудом верится, что речь идет о представлении, данном более 2000 лет тому назад. Это вполне готовая высокопоэтическая балетная программа для любой из современных европейских сцен, где фантазия балетмейстера может широко развернуться при сочинении групп и отдельных танцев.

Мы благодарны вам за то, что делитесь ссылкой на эту страницу :