Художники и балет ангелов

12Знаменитый художник Гвидо Рени, могучей кистью изобразивший на полотне «балет ангелов», находил себе оправдание в послании святого Василия, утверждавшего, что любимым занятием ангелов в небесах были танцы. Святой называл счастливыми и блаженными тех, кто может подражать им на земле. Такова была наивная простота первых христиан, смотревших на танцы как на святое подражание радостным небожителям, славословившим благость Господню. Чтобы составить себе представление о понимании значения танцев в применении их к потребностям религии, достаточно взглянуть во Флоренции на картину художника Беато Анжелино, изобразившего танцующих в раю ангелов.

И действительно, по свидетельству разных Отцов Церкви, танцы первых христиан заключались в «благопристойных» и «благоверных» телодвижениях; так было не только на Западе, но и на Востоке, в Антиохи, где христиане, прославляя Бога, танцевали во время шествия по улицам к могилам мучеников.

Вместе с некоторыми языческими особенностями христианство даже и в средних веках сохранило танцы, как внешний знак ритуала. В старинных церквах Рима и до сих пор можно видеть возвышенную перед алтарем эстраду, которую называли «хор», т. е. «танцы». Она была отделена от верующих и на ней сначала в большие праздники, а затем и каждое воскресенье происходили танцы священнослужителей. Епископы, руководившие движениями причта, назывались «praesules». Призыв к счастью, к миру и благоденствию выражался спокойными и величавыми жестами и маршами. За ними следом, как сказано выше, водили хороводы в самой церкви верующие; мужчины отдельно от женщин. Историк Мишле очень картинно делает сопоставление древних языческих церемоний с празднествами в католических церквах: «Представьте себе,- говорит он,- эффект от массы свечей в монументальных храмах. Духовенство, облаченное в блестящие ризы, с зажженными свечами в руках, с пением и приседаниями шествует вдоль и поперек погруженных во мрак церквей. Все это двигалось величественно, совершая круговые движения; а внизу в таинственной полутьме внимал народ!». «Не напоминают ли эти процессии астрономических танцев древних египтян?» — добавляет историк ниже. Конечно, такое сопоставление почтенного ученого следует считать не иначе как «поэтической вольностью»; но, во всяком случае, важно то, что и люди науки находили в танцах глубокое историческое значение.

Святой Григорий, как говорят, упрекал императора Юлиана не в том, что он танцевал, а в том, что он из танцев делал неприличное употребление: «Если тебе нравятся танцы, то пляши сколько хочешь! Но зачем возобновлять перед нашими глазами разнузданную пляску язычников и танец безумной Иродиады, заставившей пролить кровь святого? Исполняй лучше пляску Давида перед ковчегом Завета для прославления Бога. Такие мирные упражнения вполне подходят для императора-христианина».

В продолжение целого ряда столетий почти все народные праздники справлялись в церквах, то есть «в месте, принадлежавшем всему народу». Даже чуть ли не до XV в. в храмах играли в мяч, танцевали для развлечения и даже пировали. В Париже на папертях продавались пасхальные яства, которые тут же поедались, причем после богослужения танцевали.

Церковь любила свой народ и долго смотрела сквозь пальцы на эти скромные и невинные развлечения.

Накануне больших праздников народ собирался по ночам перед дверьми храмов, где в ожидании утреннего богослужения, как бы в подражание ангелам, проводил время в пении и скромных танцах. Так было вначале; затем эти ночные религиозные бдения, как мы уже говорили, превращались в места любовных свиданий, где танцы утратили свой благочестивый характер.

Мы благодарны вам за то, что делитесь ссылкой на эту страницу :